Диалог и терпимость в последние годы стоят на повестке дня, но некоторые думают, что Вы не искренни в этом.
Если бы стремление к диалогу и терпимости проистекало из моей человеческой сущности, то это не гарантировало бы постоянство. Те, кто испытывает беспокойство, были бы правы. Но я действую, опираясь на религиозные источники. Мы связаны с этим стремлением, и оно будет продолжать существовать, пока существует вера.
Диалог – межконфессиональный или межкультурный?
Выражение «межконфессиональный диалог» имеет переносный смысл, так как конфессии (религии) – это абстрактные лица, под этим подразумеваются представители отдельных религий. Не стоит упираться в названия. Если выражения «межкультурный диалог», «диалог между разными философиями» более точны, и это расширит понятие и вовлечёт в процесс не только представителей трёх религий, но и представителей других верований, то можно думать и о том, чтобы включить это в сферу деятельности.
Вы сказали: «Стремление к диалогу и терпимости проистекает из моей веры». Существовали ли примеры этого в эпоху Пророка?
Когда наш Господин прибыл в Медину, он в своём обращении призывает к диалогу представителей разных религий, договаривается с ними и берёт их под защиту. Увидев его позицию, глава, извините, смутьянов Абдуллах бен Убай бен Селюль страшно разгневался, отправился в Медину , пришёл на сборище идолопоклонников и начал подстрекать их, смотрите, мол, этот человек перетягивает всех на свою сторону, и завтра для вас это будет опасно. То есть в те времена, как и сейчас, были люди, которые во всем исходили из своих подозрений. Опять-таки, существует вопрос о том, что наш Господин принял христиан из Неджрана и они просили у Аллаха, чтобы он проклял ту сторону, которая лжёт.
Был спущен такой аят: «Приходите же, позвав наших сыновей и ваших сыновей, наших жён и ваших жён, нас самих и вас самих, и потом от всего сердца будем молить Аллаха, чтобы его проклятие пало на головы того, кто говорит неправду об этом.» Когда наш Господин призвал их вместе обратиться к Аллаху, они побоялись проклятия Пророка и согласились жить вместе, заплатив гражданский налог. Он договорился также и с христианами из Таглипа и привлёк их на свою сторону, и для того, чтобы свободно ездить в Мекку и возвращаться оттуда, подписал очень тяжёлое соглашение с идолопоклонниками в Худейбийе.
Праведные халифы (да будет доволен ими Аллах) шли по его пути. Деяния Салахуддина [1], Зенги [2], Алпарслана [3] и Фатиха [4] известны. Хорошо известно, что Баязид II. привёз евреев на кораблях из Испании . В связи с этим событием был основан Фонд пятисотого года. В годы республики продолжался такой же терпимый подход, и бежавшие от нацистов находили пристанище в Анатолии. Это есть в нашей культуре. Под нашим управлением находились мечеть, церковь, синагога, и все жили без проблем.
Придадут ли понятию терпимости завтра какой-то иной смысл?
Это ничем не будет отличаться от харакири, самоубийства… Ислама, светлый лик которого испачкан сегодня террором, «живыми бомбами», людьми, насильно превращёнными в роботов, посредством диалога начал рассказывать о своей красоте, и будет продолжать это делать…
Я понимаю слова нашего Господина – Пророка Мухаммада, гласящие, что «моё имя достигнет всех мест, где восходит и заходит солнце», как цель, поставленную перед нами. Представление моего Господина (да благославит его Аллах и приветствует) как основателя религии, которую исповедывают террористы, большая несправедливость по отношению к нему. Его правильное представление является столь важной задачей сторонников диалога и терпимости, что нельзя даже подумать о том, чтобы пренебречь ею. И они разрушат сложившееся о них хорошее мнение, если предадутся другим идеям, а это будет предательством.
То есть миссионеры?
Да. Правильно, что в Турции и повсюду в мире не покладая рук, работают очень важные представители церкви. Один наш товарищ из Бостона рассказывал мне об одном произведении, написанном 500 лет назад.
Оно было написано, обращаясь к религиозным меньшинствам, жившим в границах Османской империи в тот период, когда Балканы перешли к туркам. Там говорится: «Оставайтесь там, сохраняя свои чувства и мысли и не обнаруживая себя. Придёт день, и вы найдёте возможность, чтобы выразить себя». Мне кажется, что к этому вопросу надо со всей осторожностью привлечь внимание с точки зрения того, что советовали некоторые в очень ранний период.
И сейчас они существуют, но такая деятельность, ведущаяся в Ватикане или в других местах, не имеет ничего общего с нашим движением, выступающим за диалог и терпимость. Речь ни в коем случае не может идти о том, чтобы я или другие товарищи, для которых, как и для меня, это движение является частью их самих, стали водой, которую льёт на мельницу кто-то другой.
Наше движение, выступающее за диалог и терпимость, полностью принадлежит турецкому народу и происходит из Турции. Оно не присоединилось к тем, кто стремится к установлению диалога ради собственных целей, а, напротив, родилось из идеи о том, почему бы и нам не искать пути для самовыражения, планируя общие с ними программы, почему бы и нам не делать этого, если делают они.
Процесс установления диалога расценивается некоторыми исламскими кругами как уступка…
Пусть те, кто кажется ходжами (т.е. религиозными деятелями), считают себя представителями сект и религиозных течений, не имея фактически на это право, т.к. унаследовали это от своих предшественников, говорят, что угодно. Аллах знает, что у нас в сердце. Я не отступал от пути нашего Господина – Пророка Мухаммада не то, что в таких больших вопросах, но даже и ложась в постель. Не думаю, что и наши товарищи отступают от него.
Ислам признаёт высокочтимого Иисуса пророком. Существуют ли христиане, признающие пророком высокочтимого Мухаммеда?
В процессе установления диалога некоторые люди приходят и ко мне, мы встречались в разных местах. Пока мы беседовали, наступало время намаза, мы просили прощения, и они с пониманием встречали это, говорили, пожалуйста, пока вы будете совершать намаз, мы помолимся тут. Сотни из таких мягко настроенных людей в результате деятельности по установлению диалога говорили: «Мухаммед – посланник Аллаха, а Коран – слово Аллаха…»
Бедиуззаман словно показывает чудо (карамат), привлекает внимание выражением «мусульмане-последователи Иисуса», и в то же время делает жест в их адрес.
Это выражение касается людей, которые, будучи христианами, избавились от предубеждения по отношению к нашей вере, признали нашего Господина Пророком, а Коран – словом Аллаха. Я могу указать сотни таких людей. К сожалению, в Турции могут появляться такие, кто утверждает, что в результате деятельности, направленной на установление диалога и терпимости, появились такие, кто принял христианство. Прошу у вас прощения, но это называется ложью. Что делать, у каждого свой характер.
Если предполагается установить межконфессиональный диалог, то за что тревожатся те, кто выступает против этого – за собственную религиозность?
Есть такие, кто считают всех такими же, какие они сами. Пусть они посмотрят на наш народ. Несмотря на то, что в течение длительного времени он был многого лишён, он смог сохранить свои ценности, связанные с духовными и идейными корнями. Это уже показывает, насколько прочна его вера. Неправильно зарождать сомнения, делая обобщающие выводы о нашем народе в связи вступлением в ЕС. Если нужно бояться, то пусть это делают другие.
Мы беседовали здесь с одним очень уважаемым религиозным деятелем. Он сказал: «Наша молодёжь бежит от церкви». А я сказал, что у нас растёт количество молодых людей, которые ходят в мечеть, соблюдают пост. Он продолжил: «Многие молодые люди переживают кризис. Честно говоря, я не хотел бы быть на месте Бога, имея перед собой такое поколение»
Я ответил, что с точки зрения отношений между Аллахом и рабом я считаю, что это выражение не приличествует человеку вашего положения. Он ответил на это великодушно: «Прошу прощения у Аллаха. Я оговорился». Сейчас эти люди беспокоятся за собственных молодых людей. Нам нет необходимости заниматься миссионерством. Достаточно найти возможность правильно рассказать о себе.
[1] Салахуддин Айюби (1138 – 1193) – видный полководец и политический деятель, султан Каира.
[2] Зенги, Нуруддин (1118-1174) – видный полководец и правитель из династии Сельджукидов.
[3] Алпарслан (1029-1072) – видный полководец и правитель из династии Сельджукидов. В период его правления (1063-1072) сельджукское государство достигло небывалого могущества. После победы войск Алпарслана в Малазгиртской битве над Византией (1071) началось широкое распространение ислама в Анатолии.
[4] Фатих – турецкий (османский) султан Мехмед II (1432-1481), сын султана Мурада II. В период его правления (1451-1481) был взят Константинополь, и Османское государство стало мировой державой. Он был известен также покровительством науке и искусству.
[5] Баязид II – восьмой османский султан (1481–1512).
Мехмет Гюндем, Миллиет, 27.01.2005
