Мумин – это верующий, надеющийся, нацеленный на светлое будущее человек; это сама покорность, заключающая в себе большое разнообразие взаимопроникновенных черт, которая вселяет уверенность в окружающих. На протяжении всей своей жизни он совершает поступки исходя из понимания того, что видим со стороны Аллаха, и постоянно держится с завидной любезностью и тактом. Исходя из этого всеохватного и утонченного восприятия он ведёт себя любезно, воспитанно, обходительно и тактично как по отношению к людям, так и по отношению ко Всевышнему. Настолько, что, подвергнувшись жизненно опасным угрозам, всевозможным нападкам и клевете, он ни в коем случае не опуститься до какой-либо грубости, кроме правомерной самозащиты. Действительно, та глубина и изящество, возникшие в его натуре как следствие становления рабом божьим, превратили его в исключительного человека, крайне вежливого, весьма предупредительного, контролирующего свои слова и действия, серьёзно подходящего ко всем вопросам; спокойного, доброжелательного, улыбчивого и открытого со всеми.
С одной стороны, он благодаря широте и богатству внутреннего мира, созданного верой, чуть ли ни каждого человека будет встречать с распростёртыми объятиями, дарить им любовь и трепетно прижимать к себе; он будет всем встречным показывать то прекрасное, что есть у него от близости с Аллахом и по мере возможности стараться довести до их душ; а с другой стороны, временами будет радоваться, лелея день встречи со Всевышним, и уходить в забытьё, а временами будет вздрагивать с глубоким чувством боязни и трепетать перед этой грандиозной встречей. Он не будет видеть окружающие его склоки, ненависть и злобу не будет замечать брызги бушующих вокруг него волн зависти и клеветы, которые разбиваются о его душу, а также все невзгоды и стрессы, порождённые этими негативными явлениями. Так как он находится в такой аудиенции, что под влиянием величия оного стирается и исчезает напрочь всё неадекватное; сердце, душа и ощущения становятся кристально чистыми. На самом деле нельзя и представить, чтобы очищающийся от недостойных и неадекватных поступков человек был другим. Словом, если внутренний мир переполнен дарами извне, поведение согласовано с данными богатством и глубиной, путь ясен, цели несравненно высокие, вера полноценна; если в его глазах взрослые всегда взрослые, а младшие, словно цветы, аромат которых все с трепетом вдыхают, и в иерархии ценностей всё на своих местах, то значит в сей тончайшей натуре нет ни малейшей шероховатости, ни малейшего изъяна.
В целом этот безукоризненно дальновидный человек, который сторонится планов и проектов, не соответствующих его идее, и, в общем, держится как можно дальше от не ведущих в итоге к Аллаху несвязных размышлений, от бесполезных действий и развлечений, от пустословия и несуразных мыслей; его молчание – это созерцание, а разговор – это поминание. Все его видимые и невидимые чувства замкнуты на Нём, его устремление подобно ангельскому, глубоко и кристально чисто. Он готов в любой момент взвиться в поднебесье, и напряжение его просто головокружительно, но в то же время он испытывает достаточно уважения к предмету своих устремлений, дабы не допустить выдвижения вперёд, наравне с идеей, своих личных планов и проектов. Его глаза устремлены вдаль, за горизонт, усилия настолько сконцентрированы и целеустремленны, что, казалось бы, способны пройти сквозь гору. Стараясь довести до семи концов света свои вероубеждения, которые он считает основной мозаикой жизни, он полностью проникся метафизическим напряжением, а также он в курсе тактичности, необходимой для выполнения дел текущих и грядущих.
За свою краткую жизнь он сумеет облагородить этот мир и заслужить потусторонний; он не станет попусту растрачивать самый малый из даров, преподнесённый ему изначально и не будет увлекаться бесполезными вещами, не обещающими ему ничего ни в этом мире, ни в грядущем. Он со спокойной душой может пожертвовать всё достояние во имя Аллаха, и на пути истины он отдаст и скрупулезно проследит за тем, чтобы ни одна копеечка не была потрачена впустую. Работая и зарабатывая, он будет уделять повышенное внимание тому, чтобы всё было правомерно и в соответствии с понятиями дозволенного и недозволенного в исламе; дабы все его деяния превращались в отдельные водопады и образовывали райские реки он постоянно будет действовать с целью достижения Его довольства в плоскости орбиты «ила-и калиматуллах» – возвышения слова Аллаха и будет вести себя осторожно и осмотрительно. Он будет искать пути превращения капель в океаны, будет стараться при помощи искорки оставить за собой солнце и всю жизнь, будет биться для того, чтобы увековечить тленное, проходящее.
Он возлюбит всё и вся ради Него, он будет жить любовью и создаст вокруг себя атмосферу любви. Побежит и утешит, прекратит стоны, положит конец страданиям и сменит рыдания смехом он возгласы отчаяния переменит на вознесения хвалы а огненные бури превратит в легкий тёплый ветерок. Он будет стонать, дабы не стонал мир, и лить слёзы ручьями, дабы не плакали другие. Он оценивает себя исходя из того, что значит он для других людей, и для него нет слова "я”, а есть слово “мы”. Он не эгоист, а альтруист; он не чревоугодник, а человек души и высоких ценностей. Он не позволит телу надругаться над сердцем, а чреву над душой. Он нацелен на пророческое целомудрие и благочестие. В вопросе довольствования областью дозволенных услад и удовольствий он просто сама дисциплина, настолько, что, борясь со своим нафсом и телесными желаниями, он мобилизует всю силу воли и – с позволения Аллаха – одним движением преодолеет преграды и достигнет горизонта души.
Такой человек в представлении доброго и прекрасного, в преодолении злого и темного настолько серьёзен, настойчив и решителен, что, возможно, этим своим поведением он даёт фору ангелам и в очередной раз вынуждает их сказать: «Субханака ла ильма лана илла ма алламтана»[1]. Так как он не использовал изначальные блага, дарованные свыше вопреки цели их сотворения (ма хулика лах) и всегда относился как верный хранитель к тому, что ему было вверено; Аллах удостоил его Своей благосклонностью.
Конечно же, для каждого человека тело – это вверенное на хранение, а облачение его в общечеловеческие ценности – дополнительная ответственность; желание рая, призвание и способ войти туда, а более того способность лицезреть пресветлый лик Всевышнего – ответственность совершенно иного рода и все они дарованы человеку с целью использования в указанном Творцом направлении. В этом смысле грубости, схожие с грехопадениями, ошибки, житиё подвластное телесным прихотям, являются в такой степени неуважением к первозданным благам, таким предательством и таким преступлением, что если каждое из них и обрадует сатану, то обитателей высот (ангелов) смутит.
Поэтому каждый верующий – мумин, уверовавший в Него всем сердцем, эти первые Его дары должен воспринимать как шанс к достижению последующих благ и пользоваться этим. Тем самым он должен стараться обрести своё истинное лицо-покорность Всевышнему, Его близость и Его довольство. И наоборот те, кто не смогли ощутить первые дары и воспользоваться ими на пути веры, познания и любви, потому что не смогли по-настоящему уверовать, будут лишены и вторых нескончаемых благ.
На самом деле из-за того, что подобные люди полностью пренебрегают жизнью после смерти и на этом свете не в состоянии ощутить полного счастья; они стонут под кучей проблем, производных неверия, и ни в коем случае не смогут избавиться от стрессов и уныния. Они будут переживать депрессии и приступы сумасшествия; паранойя будет подрывать их благополучие, тем самым они превратят для себя в ад этот прекрасный мир, который являет собой светлый коридор, ведущий по ту сторону. Да, они не любят других людей и даже под различными предлогами ненавидят их и сталкиваются с ненавистью тех, кого ненавидят. Они измотаны тщеславием, стонут, не сумев обрести того, к чему стремились; трепещут перед смертью и на что только не идут, дабы прожить чуть дольше; в большинстве случаев сумбурными мыслями они подрывают своё здоровье и подвергаются умственному расстройству. Они начинают видеть белое чёрным, а чёрное белым, доброе злым, а зло добрым. Тех, кто не думает как они, объявляют врагами и предателями, повсюду им кажутся зловещие предательские заговоры и вследствие адских начал, наличествующих в их душах, ещё не попав в ад, они уже переживают муки ада.
Что же касается истинно верующего, то он всякую милость Аллаха превращает в колосья, дающие ему в семь, семьдесят, а то и в семьсот раз больше. Он делает из них лестницу для того, чтобы возвыситься к Нему, пользуется ими как рампой для достижения довольства Всевышнего и шагает в ногу с наследниками рая к своему радостно цветущему концу.
[1] Здесь указываются на слова ангелов приведённых в Коране: «Пречист Ты! Мы знаем только то, чему Ты научил нас. Воистину, Ты – Знающий, Мудрый». (Св. Коран, 2/32)
Источник: Gülen, M. Fethullah. ‘Allah Karşısındaki Duruşuyla Mü’min’, Sızıntı, Sayı 328, Mayıs 2006.
