Мой мозг молотилка тяжелых вопросов,
Попытки с ответами все безуспешней,
Усталость, увы, от безделья сильней.
Сквозь дебри тоски пробираться не просто,
Сознанье твердит: “ты нездешний, нездешний”.
И стал я чувствительней мамы моей.
В ушах моих нудная песня чужбины,
И в каждой строке ее северный ветер…
Проститься бы с вами, чужие края!..
С тех пор, как покинул родные долины,
О днях голубых я тужу в лихолетье,
В груди, как в могиле, отрада моя.
Чужбина дождем моросящим морочит,
Ни молний, ни грома унылая сырость.
Дома, будто айсберги, стынет душа.
К нам реки сюда не текут, между прочим,
В людей и среду отчужденье вселилось,
Витает на улицах дух мятежа.
Здесь ждать вдохновенья томиться напрасно,
Ворота земли и небес на запоре,
Запор и ворота друг другу сродни.
Здесь нет ничего, что от века прекрасно,
Мне наши сады только чудятся с горя.
О, где вы, зеленые, вешние дни!
Возникни же, свет, из души моей брызни!
Напомни, что тайною силой богата
Душа, что тоскует от дома вдали.
И вторгнись напевом былой моей жизни,
Проникни в печальные краски заката,
Голодную душу мою утоли!
Перевел с турецкого Владимир Гафаров
Источник: Gülen, M. Fethullah. Kırık Mızrap. Nil Yayınları, 2000, 503 s.
