Выяснилось, что «Аль Каида» имеет опору и в Турции. Вы уже рассказали о религиозной стороне вопроса. Есть ли у него другие ракурсы?
Бен Ладен – один из тех людей в мире, которых я ненавижу больше всего, потому что он запятнал светлый лик ислама, придал ему грязный имидж. Даже если мы приложим все свои силы для того, чтобы исправить положение, это займёт годы. Мы должны будем выступать повсюду на различных платформах, писать книги, объяснять, что это не есть мусульманство. Бен Ладен подменил исламскую логику своими собственными чувствами и страстью. То, что он делает – чудовищно. И люди, собравшиеся вокруг него, такие же. Если в Турции есть кто -то, кто думает так же, то и они тоже становятся чудовищами. Мы проклинаем их образ мыслей. Однако путь к предотвращению этого в кажущемся мусульманским мире – а как я уже заявлял, я не считаю, что такой мир существует, а есть только страны, в которых живут мусульмане, – так вот, этот путь лежит через решение проблем мусульман. Может быть, они будут думать о чём -то ином, выбирая людей, которые будут ими управлять? Может проведут реформы? Для того, чтобы вырастить хорошее поколение, мусульмане должны решить свои проблемы. И не только проблему терроризма. Это господнее наказание. Также как и наркотики, и курение – другое наказание свыше. И раскол, и распри в народе – тоже. Неумение справиться с бедностью – отдельное наказание. Унижение со стороны правящих, смирение с таким управлением, жизнь в постоянном угнетении – тоже наказание. Как сказал Акиф (известный турецкий поэт – от ред.), повсюду насилие, угнетение, рабство, унижение, всяческие пороки, паталогическая зависимость… Всё это – наказание, посланное Аллахом, в особенности нашей нации. Избавиться от всего этого, по-моему, можно, только став порядочными и честными людьми, а путь к этому лежит через преданность Аллаху.
Люди, склонные терроризму, выросли в мусульманских семьях, на наших глазах. Мы считали их мусульманами. Какую метаморфозу они претерпели, чтобы стать террористами? Не виноваты ли в этом все мы?
Мы виноваты. Виновата нация. Виновато образование. Нельзя представить себе, чтобы истинный мусульманин, хорошо освоивший основый ислама, стал террористом. Человек, вставший на путь террора, вряд ли может оставаться мусульманином. Религия не позволяет убивать людей ради достижения цели. А какие усилия мы приложили, чтобы дать им прекрасное воспитание? Какими заповедями связали их по рукам и ногам? Какое чувство ответственности воспитали в них, чтобы ожидать, что они не станут террористами? Если человек удерживается от террористических действий религиозными ценностями, страхом перед Всевышним, страхом перед Судным днем в ахирате ( в жизни после смерти – от ред.), страхом перед нарушением правил своей веры, то это значит, что мы должны были проявить большую чуткость в вопросе веры. Может быть, и сейчас существуют некоторые пути для того, чтобы повлиять на сложившуюся ситуацию, но стараются перекрыть и их. Говорят, пусть и их не будет. То есть пусть в учебных программах не будет уроков культуры и нравственности. Мы говорим, что всё необходимое для жизни должно прививаться в школах. В том числе и знания о здоровой жизни. Я считаю, что этот урок должны вести врачи. Должны проводиться качественные уроки, связанные с жизнью, с семьёй, с отношениями между супругами, особенно с воспитанием детей. Проблема состоит не только в том, что Турция и кажущийся мусульманским мир корчатся в наркотических припадках, под гнётом страсти к азартным играм, коррупции. Коррупция и воровство распространяются везде и повсюду. То, что можно разоблачить, разоблачают. Но есть такие вопросы, про которые спрашивать нельзя. За них нельзя потребовать отчёта. Поэтому всё покрывается, умалчивается, и от этой темы уходят.
Всё это – люди, воспитанные среди нас. Всё это – наши дети. Как получилось, что некоторые из них выросли такими? Как получилось, что некоторые были воспитаны так, что полагаются на грубую силу? Как получилось, что некоторые восстали против человеческих ценностей? Как получилось, что они встали во главе собственной нации и взорвались, словно бомба? Все они выросли среди нас. Это значит, что были проблемы с воспитанием. Значит в системе были недочёты и недостатки, над которыми следует задуматься и восполнить их. Значит воспитание человека не было поставлено на передний план. А за это время образовались потерянные и покалеченные поколения, молодые люди, не ведающие удовлетворения, лишённые нравственности. Кто-то заплатил им какие-то гроши. Или же их превратили в роботов. Дали какое-то лекарство. Сейчас и об этом говорят, в том числе в прессе. Их привели в бессознательное состояние. Их заставили пойти на убийство, уничтожать людей, сказав, что это и есть цель, это и есть идея. С их помощью захотели достичь чего-то.
Один из наших друзей ездил в Израиль. Некоторое время пробыл в Палестине и рассказал мне очень интересную вещь. Один очень умный человек, пишущий там диссертацию, сказал: «Я пробыл в Израиле пять-шесть месяцев. Мне предложили войти в правление одной миротворческой организации».
Кто предложил?
Говорит: «Израильтяне. Один палестинец стал препятствовать этому. Я узнал, что он торгует оружием и хочет, чтобы вся эта резня продолжалась. В этом замешана торговля. Может быть, многие люди, близкие к руководству, думают так же.» Значит некоторые стремятся достичь какой-то цели, постоянно раздувая жар.
Этих людей превращают в роботов. По моему скромному мнению, и в Стамбуле происходят такие же вещи. Те, кто участвует в террористических акциях – это не те, кто верит по-настоящему, и не те, которые вышли из мечети, – они не могут сотворить такое. Их знания о вере ограничены. Какой-то его наставник и старец сказал: «Такого-то следует убить!» В Турции погибло немало людей. Эта группа убила одного, та – другого. 12 марта (1971 г. – от ред.) у людей в руках были окровавленные ножи. Вмешались военные. 12 сентября (1980 г. – от ред.) люди опять держали в руках ножи, убивали друг друга, стараясь чего-то достичь. Они все террористы – и та сторона, и эта, только придумывали себе названия. Один говорит: «Я делаю это ради мусульманства.» Другой: «Я делаю это ради нашей земли, ради своей нации.» Третий: «Я борюсь с капитализмом, с эксплуатацией.» Всё это только слова. В Коране так и сказано: «слова». Вещи, не имеющие ни малейшей ценности. Но друг друга убивали, и каждый – за идею. Сколько людей погибло за эти проклятые идеи. Кто-то из руководителей говорил: «Убрать этого.» И его убирали. И один говорил «убрать», и другой. Может быть, и в отношении нас с Вами были такие указания, но судьба не одобрила их, и они не осуществились. У меня были точные сведения: Говорили: «Его тоже надо убрать.» Всё это был террор. Его совершали не только мусульмане, а все. Постепенно такие поступки стали привычным делом. Всех приучили. Один из моих очень хороших товарищей однажды убил змею, перебив ей позвоночник. А был проповедником. Выпускник теологического факультета. Я с ним месяц не разговаривал, сказав: «В природе змеи имеют право на жизнь. По какому праву ты её убил?» Но общество довели до такого состояния, что все привыкли к большому числу жертв, и, если убивали десять или двадцать человек, то говорили: «Хорошо, что не так уж много людей погибло.» С этим зверством и у нас смирились: «Отделались всего двадцатью или тридцатью жертвами.» Вот до какого состояния довели общество.
Для того чтобы предотвратить всё это, нужно было образование. Государство должно было принять законы и правила, препятствующие этому. И в настоящее время отдельные небольшие слои общества, которые не пострадали отчасти благодаря вмешательству судьбы и которые протестуют против каких-то незначительных событий и желают вмешаться в их ход, чрезвычайно преувеличивают мелкие детали. Делают из мухи слона, а из слона – муху. Из этой ситуации есть один выход – научить людей, что правильно, а что нет. Объяснить, что мусульманин не должен быть террористом. Почему надо объяснить? «и кто сделал на вес пылинки добра, увидит его, и кто сделал на вес пылинки зла, увидит его.» ( Св. Коран, 99: 7-8). Если ты сотворишь что-то весом с атом, то и понесёшь ответ за это. Коран говорит, что убийство одного человека равно убийству всех людей. Ибн-и Аббас говорит, что человекоубийца навечно останется в аду. Это наказание для неверующих. Значит человекоубийца попадёт туда же, куда неверующий. Значит убийца приравнивается к атеисту, к не признающему Аллаха и Пророка. Если это – основное понятие веры, то ему нужно обучать. Но не обучают.
Самокритики нет как в мусульманстве, так и в других сферах.
После 11 сентября мы увидели, что мусульмане более склонны к теориям заговора. Всегда ли виноваты «другие»? Всегда ли они хотят, чтобы мы были «плохими»? Почему в мусульманских слоях нет культуры самокритики?
Нужно откорректировать выражение «в мусульманских слоях нет культуры самокритики». В мусульманстве есть самокритика. Все, что не подтверждалось Божьим откровением, подвергалось критическому анализу. Я не думаю, что подобная самокритика есть где-нибудь за пределами мусульманства. Например, халифу Омару в мечети во время проповеди одна женщина возражает: «Ты это сказал неправильно. Правильно будет вот так.» Какой-то командир в армии говорит, что мне сделали то-то и то-то. В ответ на это совершенно неизвестный солдат, опершись на свою кривую саблю, отвечает: “Командир, то, что ты делаешь – это бунт. Если ты не будешь поступать правильно, мы с тобой сделаем то-то и то-то». Можно написать целую книгу о том, как вопросы ислама обсуждают между собой исламские правоведы и богословы. В мусульманстве все критиковали друг друга. К этой критике до определённой границы относились снисходительно. Например, Газали написал книгу, в которой критиковал непоследовательность философов. В ответ кто-то другой написал книгу с недостойной критикой. А в то время существовало исламское государство. Этого человека могли и наказать, но ничего не сказали. И он жил. Существовало множество разных мыслей.
А сегодня нет?
Тогда было бы правильно изменить вопрос следующим образом: надо искать проблему не в мусульманстве, а в тех людях, которые сегодня не учатся мусульманству, не знают его, или неправильно толкуют.
Нурие Акман, Заман, 23 -го март 2004
